На минувших выходных мы с Донецким орком побывали в Шахтерске. Там мы снимали репортаж о копанках. Готовится к выходу наш второй по счету аматорский документальный фильм, а пока выкладываю традиционный текстовый репортаж с фотографиями.

В Шахтерске нелегальные угольные шахты и карьеры действуют совершенно открыто и находятся прямо возле оживленных автомобильных дорог. Уголь тут копают, не стесняясь, посреди пшеничных полей, словно в насмешку над местными чиновниками, прокуратурой и СБУ, неоднократно рапортовавшими об успешной борьбе с угольной мафией. Здесь правоохранители даже не создают видимость работы – государства на окраинах Шахтерска фактически не существует. Хотите увидеть покращення от Партии регионов — тогда вам сюда.

В Шахтерске нет работы. Почти все государственные шахты были закрыты или работают на грани ликвидации. Долгое время город приходил в упадок, за последние двадцать лет население его сократилось на 20% и продолжает уменьшаться поныне. Особенно тяжело обстоят дела в окраинных поселках, формировавшихся вокруг закрытых теперь угольных предприятий. Там население сократилось почти в половину, а те, кто остался, выживают, как могут.

Взглянуть на то, как выживает шахтерская глубинка, мы и отправились на окраину города. В осеннюю пору местность выглядела особенно мрачно.

Поселок Стожковское угольные «дырки» окружают со всех сторон. Ни одна из шахт в окрестностях поселка не работает – в разное время были закрыты Стожковская-1, Стожковская – 2, Московская, Винницкая, Полтавская. От первых двух остались лишь терриконы. Винницкая находится на мокрой консервации, обеспечивая работой несколько десятков человек. На ее месте еще сохранился комплекс обветшалых наземных построек и копер с демонтированными подъемными механизмами, кроме того на территории шахты располагается угольный склад.

Стожковское встречает гостей покосившейся стелой и мертвыми окнами покинутых двухэтажек. У дороги торчит стандартный крест, который смотрится в данном случае несколько зловеще. Поселок вымирает ударными темпами, за последние 20 лет он потерял около 40% населения.

Прямо у остановки — брошенные пустоглазые дома. Въезжаешь будто в некую зону, где случилось что-то нехорошее.

В общем-то, на самом деле так оно и есть. Гуляя по таким местам, я всегда с ужасом думаю о том, каково жить здесь постоянно. Наверно, привыкаешь и к такому…

Подходим поближе, чтобы изучить один из заброшенных домов. Часть кирпичной кладки обвалилась, видно, что под ней дерево. Старый барак доживает последние дни.

Заходим внутрь. Дверей давно уже нет. Дорожка поросла мхом.

Внутри обычный для таких домов запах пыли и плесени. Остатки бедного стариковского быта. Скоро дом окончательно обветшает и рухнет. Или будет разобран на стройматериалы.

Рядом с домом сохранились такие же убогие хозпостройки, доживающие свой век. Убираем цвет на фото и переносимся в Донбасс 1950-х.

Остановка на въезде в Стожковское

Через сто метров от остановки – поросший сорняками пустырь и свалка. Все, что осталось от закрытого детского сада. Вода в поселке зимой идет по часам, летом не появляется в кранах по нескольку дней подряд, уличного освещения нет, дороги разбиты. Для желающих подзаработать выбор невелик – идти в копанку или на карьер. Таков итог работы «опытных донецких хозяйственников», 20 лет контролирующих регион (а теперь и государство).

Обнаружить места нелегальной добычи под Стожковским проще простого. Показать их сможет любой школьник. Один из карьеров находится прямо возле построек бывшей шахты Полтавская (ныне ООО «Донразработка) и рассчитан, по видимому, на ее угольные запасы. Площадь разработки достаточно велика – не заметить такую невозможно. Уже сегодня карьер превышает размеры футбольного поля и продолжает строиться. Уголь там пока не добывают, наверно, еще не добрались. На карьере работает тяжелая техника.

Углекопы даже не поленились построить к карьеру полноценную дорогу, чтобы не гонять самосвалы по грязи, как это делают владельцы лесных дырок. Для строительства грунтовки использовалась порода с ближайшего отвала.

Остатки наземных построек шахты Полтавская

Поселок выглядит упадочно и бедно. В центре его — грязный запущенный парк с пустыми бутылками и ржавыми турниками.

Попадается много брошенных подворий

Типичный вид

Единственное приятное место в Стожковском — местный мини-стадион, очевидно реконструированный к каким-то выборам.

На школьной спортивной площадке — рекордное количество вкопанных покрышек. Никогда не видел столько нигде.

Немного прогулявшись по поселку, мы отправились за его пределы, в поля. С северной стороны поселка, где когда-то функционировало несколько государственных шахт, теперь все изрыто дырками. До самого горизонта, насколько хватает глаз, простирается безлесая степь, и нелегальные выработки хорошо видны невооруженным глазом. Местами они напоминают кротовины, кое-где это целые участки, огороженные металлическим забором, повсюду виднеются кучи добытого угля и деревянные лебедочные крепления, похожие на виселицы.

В Донбассе плотность населения чрезвычайно высока, поэтому в степи почти всегда видны терриконы и окраины каких-нибудь далеких поселков. Из Стожковского превосходно видна шахта «Комсомлец Донбасса» и соседний городок Кировское, где она располагается.

Пейзажи мало изменились за десятилетия. Если убрать цвет, то фото вполне можно принять за снимок начала прошлого века.

По пути нам попалась действующая железнодорожная ветка, и мы идем прямо по рельсам.

Все вокруг перекопано «дырками», которые находятся возле путей. Гул лебедок и компрессоров разнсится по степи. Выработки, очевидно, проходят прямо под рельсами, так что недалеко и до аварии.

Так добывают уголь в 21 веке. Бревенчатые конструкции — лебедочные крепления для подъема угля.

Интересно, что в самом начале освоения Донбасса добыча выглядела почти также. Современные города выросли на месте таких вот угольных нор.

Рядом с действующими выработками находятся покинутые, исчерпавшие свой ресурс. Разумеется, никакую рекультивацию на их месте никто не проводит, стволы просто бросают незасыпанными, не думая о том, что в эти дыры, глубиной в несколько десятков метров, могут провалиться люди или животные.

Типичный антураж на месте покинутой копанки – дыра в земле, площадка, засыпанная черной пылью, брошенный покосившийся кайбаш (так шахтеры называют бытовки) со старой спецодеждой. Все ненужное попросту бросили, забрав на новое место только оборудование.

Остались даже вполне пригодные для креплений бревна. Видимо, стоимость лесов столь незначительна в сравнении с доходами копателей, что их попросту никто не считает.

Крепления лебедки

Работяги, как и прежде, курят «Беломор».

За нелегальную разработку недр в Донбассе не сажают. Если кого-то показательно ловят, то выписывают ничтожные штрафы. Вот типичное решение Шахтерского городского суда по этому вопросу – человека, грабительским образом присвоившего тысячи тонн угля приговорили к штрафу в 1700 гривен (стоимость нескольких тонн антрацита). Что и говорить, чудовищная кара…

Возможно, поэтому копатели действуют так нагло. В Стожковском нелегалы давно уже не ограничиваются лесами и оврагами, и добывают уголь прямо посреди пшеничных полей, оттяпав у пшеницы и оградив железными заборами большие участки, примыкающие к автомобильной дороге, соединяющей поселки Стожковское и Рассыпное. Такие поля угольная мафия обычно берет в аренду якобы для выращивания зерновых культур, на деле же там роют «дырки» или карьеры.

Избушка на курьих ножках — углепогрузка. Лебедка затягивает тросом в этот сарайчик бадью с углем, после чего его ссыпают в кузов грузовика через люк в полу.

Выезд на дорогу

Самосвалы с углем и крепежным лесом постоянно курсируют по поселковым дорогам, что приблизительно дает представление о масштабах добычи угля. Жители Стожковского недовольны таким движением, но давно уже не ропщут. Привыкли и смирились.

Современный Донбасс — это уже не шахтные копры, а дырки и такие вот избушки на сваях.

Хороший автобус уехал без нас

Если внушительные объемы нелегальной добычи видны невооруженным глазом, то вопрос о том, куда деваются десятки тысяч тонн, добытых таким варварским образом, остается открытым. Ведь уголь из копанок мало добыть – необходимо еще продать его потребителям, не имея для этого соответствующих документов.

Легализуют нелегальный уголь как с помощью частных предприятий, занимающихся добычей и торговлей черным золотом, так и через государственные шахты, у которых добытое топливо покупает ГП «Уголь Украины».

ГП «Уголь Украины», которое операторы рынка угля давно называют удобной крышей для коррупционных схем и легализации угля из копанок, власти обещают ликвидировать уже несколько лет, однако, вместо этого совсем недавно продлили жизнь предприятию до 2017 года. Это значит, что схемы, действующие в Украине сегодня, будут работать еще как минимум пять лет.

Алгоритмы легализации нелегального угля описаны уже давно. Их раскрывали как анонимные нелегалы, так и вполне официальные лица. К примеру, широко известна размещенная в Интернете «Аналітична довідка щодо діяльності Мінвуглепрому у 2008 році.» подписанная бывшим Начальником управления бухгалтерского учета, отчетности и бюджетного финансирования Минуглепрома Лесей Лесик. В документе, в частности, есть такой абзац, красноречиво иллюстрирующий ситуацию в угольной отрасли Донецкой области:

«Кроме того, через ГП «Снежноеуглесбыт» закуплен уголь неизвестного происхождения и реализован потребителям через ГП «Уголь Украины» на сумму 138 млн. грн., а это почти 300 тыс. тонн, за которые ГП «Уголь Украины» стопроцентно рассчиталось. Через отдельные государственные угледобывающие предприятия и ГП «Уголь Украины» прорабытываются явные коррупционные схемы реализации угля и его обогащения».

ГП «Снежноеуглесбыт» было ликвидировано в 2010 году. Нетрудно догадаться, где оно закупало уголь «неизвестного происхождения». Снежное находится совсем недалеко от Шахтерска, и наряду с последним известно как центр нелегальной угледобычи региона. Участвуют в отмывании черного угля также и частные угледобывающие предприятия, которые по дешевке закупают топливо у нелегалов, а затем реализуют его, как свое.

Прояснить ситуацию с нелегальным углем могла бы серьезная проверка всех операторов угольной отрасли Донецкой области, а также простой визит правоохранителей в поселок Стожковское, где о работе копанок осведомлены все. Однако, власти предпочитают упорно игнорировать проблему, периодически рапортуя о борьбе с расхитителями недр.

Об истинном же отношении чиновников к проблеме красноречиво свидетельствуют не слова, а дела. Сохранение государственного предприятия «Уголь Украины», замешанного в сомнительных угольных схемах, вопреки давним обещаниям его ликвидировать – вполне можно воспринимать, как доказательство участия властей в таких схемах или их желания такие схемы покрывать.

Написал для Острова

Share →

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *